Структура мотивации ребенка двух-трехлетнего возраста характеризуется еще значительной аморфностью, отсутствием устойчивой иерархии мотивов. Система доступных ребенку мотивов представляет собой рядоположный набор мотивов, сменяющих друг друга в относительно случайном порядке. Жизненно важные потребности и капризы нередко еще не дифференцируются ребенком и приобретают иногда одинаково высокую значимость для него. Мотивы сменяются во времени, не подчиняясь еще единому сознательно-волевому контролю.
Логика этой простой «цепочковой» актуализации мотивов зависит от периодически возобновляющихся внутренних потребностей в пище, физической активности, в развертывании быстро растущих функциональных возможностей в познавательной, речевой, игровой деятельности. Вместе с тем эти как будто спонтанные, «внутренние» по источнику потребности еще настолько недифференцированны, неопределенны, что само конкретное их проявление и процесс удовлетворения решающим образом зависят от непосредственной внешней среды, от тех видов и форм конкретной деятельности, которые подсказаны ребенку взрослыми. Именно поэтому бросается в глаза ситуационный характер мотивов ребенка не только по форме их выражения, но и по самой актуализации, возбуждению того или иного мотива. Ребенок и в деятельности, и в самой мотивации является еще рабом непосредственного ситуационного поля, в частности зрительного: висящий плод вызывает у ребенка желание съесть его, вид улицы, сада или леса — желание погулять и т. д.
С. Л. Рубинштейн дает следующую психологическую характеристику мотивации в детском возрасте: «Каждое непосредственно на ребенка действующее побуждение имеет в раннем детстве еще очень большую власть над ребенком. Поэтому внутренняя мотивация еще очень неустойчива: при каждой перемене ситуации ребенок может оказаться во власти других побуждений. Неустойчивость мотивации обусловливает известную бессистемность действий».
Говоря о стихийном влиянии ситуации, он в то же время подчеркивает столь же стихийное влияние на поведение импульсивных желаний ребенка: «В раннем детстве характерной особенностью волевой сферы является непосредственная импульсивность. Воля ребенка на начальных стадиях развития — это совокупность его желаний; каждое его желание сродни аффекту. Эмоции ребенка непосредственно переходят в действия, так что избирательность сначала означает лишь некоторое многообразие мотивов, между которыми в силу этого иногда возникает борьба. Много шансов на победу в этой борьбе имеют сначала непосредственно действующие чувственные стимулы перед более отдаленными, данными лишь в представлении, и особенно эмоционально яркие перед более нейтральными. Лишь в ходе дальнейшего развития ребенок становится способным действовать не в силу эмоционально привлекательных побуждений».
Таким образом, поведение ребенка раннего возраста характеризуется, во-первых, импульсивностью (т. е. чрезмерной зависимостью от
стихийно складывающихся внутренних влечений),
а во-вторых, ситуационностью (т. е. чрезмерной зависимостью от случайных внешних обстоятельств). То и другое характерно для побуждений, которые актуализируются под влиянием непосредственной, ближайшей действительности и в пределах этой же узкой сферы удовлетворяются. Глубокий приспособительный характер такой стихийно формирующейся стратегии мотивации заключается в максимальном использовании благоприятных ситуационных возможностей для удовлетворения того или иного побуждения.
Легкость, доступность удовлетворения побуждения провоцирует его актуализацию. Ввиду недостаточности опыта и функционально-энергетических возможностей активного воздействия на действительность ребенок благодаря такой мотивационной стратегии получает возможность приспосабливаться к «стихийно» складывающимся благоприятным возможностям удовлетворения побуждений.
Дальнейшее развитие мотивации в этом отношении идет в направлении формирования более устойчивых побуждений, которые уже вследствие устойчивости не остаются рядоположными, внешними в отношении друг к другу, а приобретают тенденцию к объединению, интеграции, тенденцию складываться в иерархическую структуру. А. Н. Леонтьев отмечает, что вообще «человек стремится к устранению дезинтегрированности своего сознания». Характеризуя в этом плане развитие человеческой мотивации, С. Л. Рубинштейн писал: «Человек перестает быть рабом непосредственно ситуации; действия его, становясь опосредованными, могут определяться не только стимуляцией, исходящей из непосредственно наличной ситуации, но и целями и задачами, лежащими за ее пределами: они становятся избирательными, целевыми и волевыми; именно эти черты характеризуют деятельность человека в его специфических отличиях от поведения животных». Динамическая особенность мотивации на ранней генетической стадии формирования личности заключается в относительно узкой временной сфере действия побуждений. Ребенок еще не способен длительно удерживать мотивационную установку: она быстро «истощается». В случае небольшой актуальности побуждения ребенок отвлекается от него, «забывает» о нем. В случае значительной актуальности у ребенка наблюдается настоятельная установка на быструю, иногда немедленную реализацию побуждения, а в случае неудовлетворения наступает аффективная реакция, которая является своеобразной эмоциональной формой «разрядки» напряженного побуждения. В любом случае — и при удовлетворении, и при отвлечении, и при аффективной реакции — побуждение так или иначе распадается в пределах заданного относительно небольшого периода времени.
Больше по теме:
Психофизические теории
Еще во времена античности возникли две конкурирующие психофизические теории - "мозгоцентрическая" и "сердцецентрическая". Первым, кто утверждал, что мозг является органом души, был врач Алкмеон из Кротоны (6 в. до н. э ...
Нестандартные задания по математике, как средство
развития творческой личности учащихся начальной школы
Модернизация образовательной отрасли "Математика" в контексте задач единого образовательного простора Украины на современном этапе ориентирована, в первую очередь, на обеспечение развития познавательных способностей школьников, ...
Предыстория антропологического подхода к объяснению преступности
Идеи о связи тела и души высказывались задолго до Ч. Ломброзо. Пожалуй, наиболее древней областью познания в этом отношении была хиромантия, которая претендовала на то, что изучая руку человека, можно определить его характер и предсказать ...